16:33 

Принесла четыре фика)

Askramandora
Название: Невеста
Тип: фанфик
Категория: джен
Жанр: хоррор
Размер: драббл
Рейтинг: R
Статус: закончен
Персонажи/пейринги: Малинке, загадочная покойница; упоминание о Ферранте/Малинке
Таймлайн: постканон

Она наступает на меня, медленно, неотвратимо, обдавая смрадом могильной насмешки. Ее длинные растрепанные волосы белеют в темноте, мертвые глаза разят холодом и ненавистью. Я отступаю назад, сжимая в руке бесполезный кинжал. Несколько минут тому назад он уже пропорол ее черный камзол, вонзился в живот, и на мгновение я было поверила, что все, избавление, сейчас она исчезнет - но нет, ее уже начавшее разлагаться тело соскальзывает с острия, и вспухшие губы раздвигает мрачный оскал усмешки.
Да, я знаю, что обречена. Но во мне еще живет надежда, вместе с амулетом, который подарил мне Великий шаман. Амулетом, оберегающим от злой силы, от нечистых духов. Я судорожно срываю его с шеи и выставляю перед собой, остановившись - не пройдешь! Не сумеешь!
И она тоже замедляет шаг, стоит на песке спустя мгновение, не двигаясь, и от нее не исходит ни звука. Затем неуловимо быстрое движение правой руки, и вот амулет уже в мертвенно-белой ладони, слабо блестит при свете луны. А в следующее мгновение амулет уже летит вниз, прорезает отверстие в песке, и с хрустом на него наступает нога в черном сапоге. Последняя моя надежда умирает, едва заметно трепыхнув призрачными крыльями.
Я бросаю в нее кинжал, не выдержав этого ужаса, крича, что ей не победить жизнь и любовь, но кинжал тоже летит на песок, а темная фигура уже совсем близко ко мне, ледяные пальцы сжимают мое трепещущее от смертного страха горло:
- Говоришь, мне не победить жизнь и любовь? А я уже одерживаю победу. Смотри - сейчас дух вылетит из твоего тела, и ты осядешь на песок безжизненной массой. А потом по твоим открытым глазам поползут мухи, твою похолодевшую плоть начнут пожирать черви, и твои роскошные волосы рассыплются в пыль. Да, так и будет. Ты посмела претендовать на мое место, поэтому я обязана тебя примерно наказать. Ты посмела объявить себя его невестой, в то время как я - его невеста. Я, Смерть.
У меня нет уже сил кричать, туман заволакивает поле зрения, и хватка безжалостной покойницы вырывает у меня последний отчаянный хрип.
...А потом... я просыпаюсь. Обнимаю своего возлюбленного и жарко шепчу ему слова нашей вечной любви. Пусть он никогда не узнает, какие кошмары снятся мне по ночам.

Название: Как Злой Рок с пиратством завязал
Тип: фанфик
Категория: джен, гет
Жанр: юмор
Рейтинг: PG-13
Размер: мини
Персонажи, пейринги: Ферранте, Малинке, Хвост Дьявола, НМП, паранормальные явления :lol:
Статус: закончен
Таймлайн: окончание 4-й серии, после сражения на корабле
Саммари: Малинке, получив шпагой от Ливии, умирает, после чего злоключения Ферранте только начинаются

Ферранте Альбрицци, известный по прозвищу Злой Рок, сжимал в объятиях умирающую женщину. Любой, знакомый с пиратом, узнал бы в ней индианку Малинке, в которую Злой Рок не так давно влюбился.
Лицо Ферранте словно окаменело, горе терзало его изнутри, не показываясь.
- Малинке… - это все, что он мог выдавить из себя непослушными губами. Казалось, он просто не понимает, что произошло.
Индианка слабо улыбнулась.
- Я люблю тебя… ты же знаешь… даже на том свете…
Товарищи молча смотрели на то, как капитан прощается с любимой. Виновница случившегося, мстительная Ливия Корнеро, пронзившая шпагой бесстрашную индианку, уже покоилась на дне моря, обмотанная цепью, отец ее был в трюме. Сражение выиграно, но…
- Малинке, ты же обещала, что останешься со мной навсегда, - только бы не расплакаться, как девчонка, подумал Ферранте. И сам себе удивился – в такую минуту его еще может заботить, как он выглядит в глазах окружающих!
- Я буду жить… в твоих глазах, - выдохнула девушка и бессильно откинулась назад.
Злой Рок положил ее на палубу, медленно поднялся, наливаясь яростью.
- Выбросить за борт Корнеро и его людей! – распорядился он.

В течение последующих нескольких дней Злой Рок заливал тоску ромом, не вылезая из каюты. Одиночество свое он не желал делить ни с кем, даже с Хвостом Дьявола или вновь обретенным братом Ипполито.
В одну из таких ночей, когда пират был пьян до неузнаваемости, он подошел на шатающихся ногах к зеркалу, заговорил сам с собой.
- Вот так она тебя и покинула, дружище. А ведь клялась, что вы вместе останетесь… Проклятая Ливия, выскочила, как черт из табакерки, явилась чуть ли не с того света за местью! – Ферранте покачнулся и еле устоял на ногах. – Малинке, Малинке… А еще говорила, что…
На этом его монолог неожиданно прервался, поскольку в своих же собственных глазах Ферранте увидел… отражение покойницы. Малинке смотрела на него и улыбалась, а затем раздвинула губы, и пират явственно услышал: «Я буду жить в твоих глазах».
- Морские дьяволы, я, похоже, совсем уже рехнулся от рома! – Ферранте отпрянул от зеркала, рванулся к столу, немного протрезвев, и последнюю бутыль рома расколотил об пол. Какое-то время он сидел за столом, подперев голову руками, потом все же решился вновь подойти к зеркалу.
И опять ему улыбнулась Малинке, прошептав знакомые слова.
Ферранте схватился за голову и выскочил из каюты.

- И вот так каждый день, каждый Божий день, - жаловался Злой Рок забулдыге, с которым они вместе пили в какой-то забегаловке на Тортуге. – Сначала я думал, что это от рома, перестал пить, был трезвый как стеклышко, но все равно каждый день видел ее! В зеркале! И каждый раз она монотонно бубнила эту фразу, у меня уже тик, как я ее слышу!.. Зеркало у меня в каюте дорогое, привозное, так все равно не выдержал и разбил его ко всем чертям!
Забулдыга сочувственно скривил мокрые губы.
- Не забывается баба, а? Бывает такое. Я тоже индианочку одну щупал как-то…
Ферранте отмахнулся от него. Не понимает, думает, что пьяный бред, промелькнуло в голове, и Альбрицци потянулся за новой порцией рома. По крайней мере, здесь нет зеркала. Хотя… постой-ка… что это... отражается на поверхности стеклянной бутыли?..
Пират по прозвищу Злой Рок тихо застонал и соскользнул со стула.
- Перебрал, - заключил забулдыга, переливая себе в кружку недопитый ром.

Женщина на постели потянулась, сладко улыбнулась во сне. Ферранте прикрыл ее голые плечи одеялом, вздохнул. После смерти Малинке это была первая проститутка, к которой он пошел. И не хотелось, да забыться бы…
Пират встал, рассеянно оделся, его взгляд промелькнул по окружающей обстановке и… уперся в зеркало. Опять зеркало! Вчера, впотьмах обнимая женщину, у которой он даже не спросил имени, Злой Рок не заметил ненавистного предмета. Помедлив, он подошел к нему.
Привычно отметил улыбку Малинке, промелькнувшей в его глазах, услышал знакомую фразу, пробормотал: «Да пошла ты!» и снова вздохнул.
С появлением Малинке в его глазах он уже худо-бедно смирился. Правда, посылал всякий раз, когда видел, но, тем не менее – смирился. Ибо что теперь поделаешь – дала девушка обещание, вот и старается его сдержать. Не может же он, Ферранте, разбить все зеркала, стеклянные бутылки… да что уж там, даже на поверхностях хорошо начищенных металлических предметов пират видел отражение покойной индианки в своих глазах.
Малинке в зеркале обиженно надула губы, как делала всякий раз, когда он ее посылал.
- Да не злись ты, - дружески сказал ей Ферранте. – Если хочешь, чтобы я так не говорил, исчезни, и все дела. Трудно тебе, что ли?
На крошечном лице читалось недоуменное «Но я же обещала».
Злой Рок в третий раз тяжело вздохнул.
- Ладно, что с тобой теперь поделаешь. Обещала и обещала…
Вскоре он покинул все еще спящую проститутку и вернулся на свой корабль.
Ферранте даже не подозревал, что его злоключения на появлении Малинке в его глазах не закончатся.

Выйдя на палубу с привычной бутылью рома в руке, Злой Рок обозрел горизонт. Опять приближаемся к Тортуге, опять едем встречаться с друзьями, мысленно хмыкнул пират. И тут же заметил боковым зрением кое-что. Повернул голову, присмотрелся.
Хвост Дьявола выскочил на палубу, как ошпаренный, подгоняемый дикими воплями Ферранте. Старик уже давно завязал с пиратством и просто гостил на корабле по старой дружбе.
- Эй, эй, ты чего?! – он кинулся к Злому Року, смотревшему широко раскрытыми глазами куда-то вбок. – Что с тобой, сынок?..
Ферранте выронил бутыль с ромом и трясущейся рукой указал на нос корабля.
- Она! Статуя… статуя Ливии! Которая… в море потонула! Она опять появилась, в целости… и сохранности! Ты ее видишь? Видишь?!
Хвост Дьявола с сожалением взглянул на разлитый среди осколков ром и успокаивающе обнял всхлипывающего Злого Рока за плечи.
- Говорили ребята, что у тебя в последнее время не все в порядке с головой, а я не поверил. Теперь гляжу – чистая правда. Нет на носу корабля никакой статуи, сынок. Это тебе спьяну померещилось.
Ферранте отпихнул старого друга и бросился к себе в каюту, едва не поскользнувшись в луже рома.

Увы, если что-то и мерещилось Злому Року, то не спьяну, поскольку, проспавшись хорошенько и снова выйдя на палубу, он увидел все ту же статую, невозмутимо глядевшую вперед. Мало того – пирату не было покоя и ночью.
Статуя приходила всякий раз за полночь. Она неспешно приближалась к кровати застывшего от ужаса Ферранте, наклонялась над ним, холодная и шелестящая на ухо:
- А я знаю, что ты меня ждал… Знаю…
Вырываться было бесполезно – тяжелые руки статуи неумолимо стискивали Злого Рока в своих объятиях. Один раз он попробовал ткнуть в ненавистную бабу кинжалом, но тот просто отскочил от нее и со звоном упал на пол, а Ливия захихикала.
- Глупый, глупый Ферранте…
После кошмарной ночи со статуей только и оставалось, что поутру наливаться ромом и бессмысленно созерцать свое отражение в стеклянной бутылке, слыша обиженное «Я буду жить в твоих глазах». Немой укор Малинке заставлял отводить взгляд.
- Все, я завязываю с делами, - заявил Злой Рок товарищам после очередной попойки на Тортуге. Он никогда не называл свое занятие «пиратством». – Стану сухопутной крысой.
Хвост Дьявола, давно уже посвященный во все подробности происходившего, не удивился, услышав это, остальные – тоже. Оставшись наедине с Ферранте, старик шепнул ему на ухо:
- Зеркал у тебя в доме не будет, сынок?
- Не будет, - Злой Рок хотел отхлебнуть рому, но передумал и отставил кружку подальше от себя. – И бутылок – тоже. И металлических предметов. А жить я буду как можно дальше от берега, чтобы не видеть ни одного корабля…

Название: Torment (Истязание - англ.)
Тип: фанфик
Категория: гет
Жанр: даркфик
Размер: драббл
Пейринг/Персонажи: Ливия/Ипполито
Рейтинг: R
Статус: закончен
Краткое содержание: "Тебе все еще больно, Ипполито Альбрицци?"
Примечание: кроссовер с "Первым правилом волшебника" Терри Гудкайнда, тема "Ливия - Морд-Сит". Честно забила на обоснуй по части того, каким образом Ливию вообще могли бы взять в Морд-Сит. Ибо все равно тогда пришлось бы писать АУшку с убиением девушкой собственных родителей.

Crimson tide.
Nowhere to hide.
Hold me tight
In blood of night.
Keep me high
And take my sigh... Will you fight?
(Кроваво-алый прилив,
И негде спрятаться,
Держи меня крепче
В крови ночи;
Подними меня высоко
И прими мой вздох...
Будешь ли ты сражаться? - англ.)


Ипполито Альбрицци опускает веки. Тяжелые, опухшие, они с таким трудом закрывают от него ненавистные стены, забрызганные кровью. Его кровью. Дыхание с хрипом исходит из измученной, обнаженной груди, по которой длинные черные ногти проводят каждый день алые полосы. Хриплый шепот вьется вокруг прикованного к стене человека даже в одиночестве, вкрадчиво заползает ему в уши:
- Тебе больно, Ипполито Альбрицци?
Он пытается отогнать этот навязчивый, мерзкий звук, который обыкновенно вырывает у Ипполито все новые и новые стоны по мере того, как продолговатая палочка, именуемая эйджилом, тыкает в разные части его тела. Это мучительно - даже если эйджила на самом деле нет, и лицо, обезображенное шрамом, не склоняется над скорчившимся телом.
- Тебе больно, Ипполито Альбрицци?
Мужчина приподнимает только что с таким трудом сомкнутые веки. Сквозь мутный туман видит высокую фигуру в красной коже. Женщине на этот раз лень пользоваться эйджилом - она вытягивает руку и вонзает длинный ноготь в бок Ипполито. Теплая кровь каплями стекает на уже и без того грязный пол, и в следующий момент Ливия облизывает палец.
- Удивительный вкус. Прекрасный вкус. Тебе правда больно? - мурлыкающий голос опускается до знакомого жуткого шепотка. Ливия наклоняется совсем близко, ее длинные светлые волосы щекочут щеку Ипполито, один волосок залезает ему в рот, это до того мерзко, что пленник невольно сплевывает.
И получает эйджилом в грудь, в живот, по бедрам. Ослепительные вспышки боли. Кровавая пелена. Крики. Слезы. Неужели это он, Ипполито, вопит так, что эхом отдается от стен его голос?
Ливия смеется, негромко и вроде бы даже не зло, и проводит пальцем по щеке Ипполито, треплет его взлохмаченные волосы, а затем подходит совсем вплотную и впивается поцелуем в открытые, дрожащие губы.
- Тебе все еще больно, Ипполито Альбрицци?
На мгновение боль растворяется во всеобъемлющей страсти, и, чувствуя тоску, ненависть, отчаянное желание убить эту женщину, Ипполито Альбрицци в то же время желает ее.

Название: Любимая игрушка
Тип: фанфик
Категория: джен
Жанр: AU, дарк
Размер: драббл
Персонажи, пейринги: Ливия, граф Корнеро (малозначимо)
Рейтинг: R
Статус: закончен
Таймлайн: альтернативное окончание четвертого сезона - Ливия осталась жива, а братья Альбрицци - нет
Краткое содержание: "Ливия не расставалась с этим предметом ни на секунду..."

Ливия не расставалась с этим предметом ни на секунду с тех пор, как заполучила в руки. Она клала его с собой на ночь в одну постель и плотно запирала дверь, и одному Богу известно, что она делала, как говаривала, крестясь, старая служанка. По утрам Ливия причесывалась перед зеркалом, уже не избегая взглядов на обезображенную половину лица, и попутно разговаривала с любимой игрушкой, которую она называла По.
По присутствовал и на завтраке, когда в гробовом молчании разносилась еда, и граф Корнеро тщетно пытался внушить дочери, что подобному предмету не место в их доме. Ливия только хмыкала и резала ножом мясо. С тех пор, как в их доме появился По, аппетит молодой женщины приобрел пугающие размеры, и ее фигура уже не влезала в привычный черный костюм - придется его переделывать.
По сопровождал Ливию и на конную прогулку - она впервые за много лет надевала платья и садилась в дамское седло, а По болтался рядом в сумке, притороченной к седлу, и время от времени Ливия с загадочно-кокетливой улыбкой обращалась к нему.
Иными словами, По занимал практически главенствующую роль в жизни Ливии Корнеро. И не раз любопытные уши подслушивали, как Ливия задумчиво и проникновенно разговаривала с любимой игрушкой.
Как-то, отложив книгу, которую она невнимательно читала, молодая женщина обратилась к По, стоявшему на комоде у ее кровати:
- Знаешь, мне без тебя было нелегко. А теперь я счастлива. И мы вместе, навсегда, как ты и мечтал. Ты ведь правда мечтал об этом, По? Жаль, ты не можешь меня поцеловать. Зато я могу, - она подошла, наклонилась и легко приложилась губами к своей любимой игрушке. Затем, выпрямившись, Ливия продолжала с леденящей душу улыбкой: - Эх... если бы ты мог разговаривать, это было бы невероятно забавно! Сегодня ночью я расскажу тебе о том, как люблю тебя. Под покровом темноты - так изящно выражаются в романах, да-да - у меня развивается необыкновенный дар красноречия, так что ты останешься доволен!
Вас, наверное, интересует, что за предметом был По? Дело в том, что после повешения братьев Альбрицци Ливия собственноручно отрезала голову у Ипполито и забрала ее себе....

@темы: Хвост, Ферранте, Федерико Корнеро, Фанфики, Малинке, Ливия, Ипполито

   

Caraibi

главная